Если ждёте «Одиссею» Кристофера Нолана в июле 2026 года, самое время вспомнить необычную версию мифа, которая уже двадцать с лишним лет как задала правила игры: «О, где же ты, брат?» братьев Коэнов (2000) — эксцентрическая, но удивительно точная перекличка с Гомером.
Грядущая «Одиссея» Нолана неизбежно окажется в одном ряду с прежними голливудскими подходами к античным сюжетам: «Еленой Троянской» Роберта Уайза (1956), высоко оценённым мини-сериалом «Приключения Одиссея» 1968 года и «Троей» Вольфганга Петерсена (2004). На этом фоне коэновский фильм выделяется тем, что сбрасывает напускную торжественность и предлагает дерзкую и ироничную интерпретацию.
Джоэл и Итан Коэны сознательно взяли у «Одиссеи» лишь мотивы и ритм, а не буквальный текст, смешав их с безумной комедией в духе классического Голливуда. Даже название позаимствовано у «Странствий Салливана» (Престон Стёрджес, 1941). Действие перенесено из Древней Греции в Миссисипи времён Великой депрессии на американский Юг в 1937 год.
Вместо морских чудовищ и гнева богов — трое беглых заключённых: словоохотливый хитрец Юлисс Эверетт МакГилл (Джордж Клуни), вечно озадаченный Пит (Джон Туртурро) и добродушный Делмар (Тим Блейк Нельсон). Они срываются с каторжной цепи в поисках якобы зарытого клада и по пути встречают своих «сирен» на реке и циклопа — торговца Библиями в исполнении Джона Гудмена, с повязкой на глазу и хищной обаятельностью. Сам Эверетт по сути Одиссей как аферист и болтун.
Это классические Коэны: слегка насмешливые, но бережные к первоисточнику. Картина принесла братьям номинацию на «Оскар» за лучший адаптированный сценарий — иронично, учитывая, что «адаптировали» они собственную вольную фантазию по мотивам.
В то время как у Нолана, вероятно, зазвучит грандиозный саундтрек Людвига Горанссона, Коэны пошли в противоположную сторону и наполнили фильм старинным американским фолком и блюграссом. Песни исполняют и актёры, и современники того музыкального направления — саундтрек здесь полноценный герой, наравне с «Внутри Льюина Дэвиса» в копилке музыкальных хитов Коэнов. По ходу бегства трио записывает хит под вымышленным именем — это и сквозная шутка, и важная сюжетная уловка, позволяющая ускользать от преследователей.
Оператор Роджер Дикинс придал изображению выцветший, выжженный солнцем тон, словно это забытое фольклорное воспоминание; за работу он получил номинацию на «Оскар». На стыке безумной аферы и южноготического горячечного сна фильм щедро разбрасывает подмигивания мифу и при этом работает на всех уровнях сам по себе.
О коэновской «Одиссее» высоко отзывался и сам Кристофер Нолан, что отличный повод вспомнить о ней, когда начнутся неизбежные сравнения после релиза его версии в 2026 году.
