На съёмках Кристофер Нолан привык иметь дело с чёрными дырами, головоломками про память и физиками-ядерщиками, но, как выяснилось, по-настоящему пугает его совсем другое. В эфире программы The Tonight Show, куда режиссёр пришёл в рамках промокампании своего нового фильма, Джимми Фэллон спросил, не хочет ли он попробовать что-нибудь полегче. Нолан ответил честно.
По его словам, снять романтическую комедию было бы куда сложнее, чем закрутить любой сюжетный поворот. Вот как он объяснил это Фэллону:
«Думаю, снять ромком было бы невероятно трудно. При этом я обожаю смотреть такие фильмы».
Нолан признался, что рассмешить зрителя — задача пострашнее любого твиста, и комедия оставляет режиссёра беззащитным. Если драму не приняли, всегда можно сказать себе: «Просто её не поняли». А с шуткой такое не пройдёт — если в зале тишина, спрятаться уже не за что.
«За комедией не спрячешься», — резюмировал он.
Вместо романтических комедий Нолан с головой ушёл в противоположное — экранизацию «Одиссеи» Гомера. Съёмки заняли 91 день и прошли в шести странах, а сама картина стала первым фильмом в истории, полностью снятым на камеры IMAX.
Именно из-за этого команде пришлось решать серьёзные технические задачи: печально известные своим шумом камеры IMAX плохо совместимы с записью диалогов, поэтому инженеры собрали для съёмок специальную систему шумоподавления. Оператор Хойте ван Хойтема придумал ещё и особую конструкцию с зеркалом, чтобы актёры могли смотреть друг другу в глаза, а не косить взглядом мимо громадного объектива.
В мировом прокате «Одиссея» уже собрала более 600 миллионов долларов.
