На кинофестивале в Пусане Альфонсо Куарон рассказал, что к работе над «Гарри Поттером и Узником Азкабана» он поначалу отнёсся без особого восторга. По его собственному признанию, он «немного сомневался, стоит ли браться» — казалось, что это совсем не его история.
Но два года внутри поттеровской машины дали режиссёру техническую школу, которую, по его словам, не заменит ни один киновуз. До «Гарри Поттера» Куарон почти не разбирался в визуальных эффектах, а к финалу работы чувствовал себя как рыба в воде среди всей этой компьютерной графики. Особенно он благодарен команде, с которой тогда работал, — одними из лучших специалистов в индустрии, умеющих делать на экране невозможное.
Но самое неожиданное касается фильма «Дитя человеческое». Сценарий Куарон написал ещё до «Гарри Поттера», но ни одна студия не хотела вкладываться в проект. Пока он оставался просто автором «И твою маму тоже», желающих рискнуть не нашлось. Всё изменилось после Хогвартса: у режиссёра появился вес, с которым можно было пробить рискованную идею через голливудских привратников.
«Никто не хотел за это браться. Потом я снял "Гарри Поттера", и после этого смог сделать "Дитя человеческое". Так что я испытываю к "Гарри Поттеру" только благодарность».
Ирония в том, что даже после выхода «Дитя человеческое» не взорвало прокат и не собрало восторгов критиков в одночасье. Куарон заметил, что успех в кино — игра долгая, и измерять его по первому уикенду бессмысленно.
«Об успехе судить только времени», — сказал он.
Сегодня фильм считают одной из самых амбициозных и влиятельных его работ, хотя тогда этого почти никто не разглядел.
Отдельно режиссёр рассказал о фирменных длинных кадрах «Дитя человеческого», которые проводят зрителя сквозь хаос без единой склейки. По его словам, он планирует всё до мелочей, но именно ради того, чтобы на съёмочной площадке могло случиться непредвиденное. Ни один дубль не повторяет другой, и это ощущение едва контролируемого хаоса — осознанный приём.
Такой подход к непредсказуемости, по признанию Куарона, перешёл и в его отношение к жизни. В молодости кино было для него всем, а всё остальное лишь встраивалось в работу. Теперь, говорит режиссёр, он научился впускать в свою жизнь и то, что лежит за пределами съёмочной площадки.
