Речь вовсе не о провальных сиквелах, которые многие считают главным пятном на репутации франшизы. Больше всего Спилберга гложет то, как «Челюсти» изменили отношение людей к акулам. Показав большую белую как безмозглого людоеда, режиссёр напугал не только тех, кто отдыхал на побережье: бояться начали даже те, кто вообще жил вдали от моря. Многие выросли с ощущением, что акула может подстерегать их хоть в бассейне.
Страх оказался долгоиграющим и вполне реальным. Специалисты по фобиям отмечают, что у многих боязнь акул тянется именно от «Челюстей». Сработали и режиссура Спилберга, и музыка Джона Уильямса: невидимая угроза, тревожные две ноты, вечный вопрос «что там под водой?» — всё это било по древним инстинктам человека, который тысячелетиями учился опасаться хищников.
Но у мифа о чудовище оказались вполне осязаемые последствия. После выхода фильма тысячи людей, особенно в США, ринулись в море за трофейными акулами. Их истребляли без всякого сожаления — считалось, что убивают опасную тварь, а не древний и уязвимый вид.
Вот что Спилберг сказал в эфире BBC Radio в 2022 году:
«Я до сих пор кое-чего боюсь — не того, что меня съест акула, а того, что акулы на меня злятся из-за той вакханалии, которую устроили сумасшедшие рыбаки-спортсмены после 1975 года. Я искренне и по сей день сожалею об истреблении популяции акул из-за книги и фильма».
Цифры говорят сами за себя. Джордж Бёрджесс, возглавлявший программу изучения акул во Флориде, оценивает, что у восточного побережья США в первые годы после «Челюстей» исчезла почти половина акул. Популяция акул-молот упала почти на 90%, больших белых — почти на 80%, тигровых — на две трети. Свою роль сыграл и промышленный вылов, но всплеск охоты после фильма отрицать невозможно. С семидесятых мировая численность акул сократилась более чем на 70%.
От создателя монстра к защитнику
С сожалением остался жить не только режиссёр. Автор романа «Челюсти» Питер Бенчли остаток жизни пытался исправить нанесённый вред: вместе с женой Уэнди занимался защитой акул, писал книги о том, что эти хищники вовсе не злодеи, помогал учреждать награды для защитников океана. Он признавался, что, зная то, что знает теперь, никогда бы не написал «Челюсти» снова.
В юбилейное издание к 30-летию фильма вошли его откровенные слова:
«Со знаниями, накопленными в десятках экспедиций, сотнях погружений и бесчисленных встречах с самыми разными акулами, пришло понимание: сегодня я бы никогда не смог написать "Челюсти". Я не смог бы демонизировать животное — тем более животное куда более древнее и куда более успешное в своей среде, чем человек когда-либо был или будет; животное, жизненно необходимое для равновесия в море; животное, которое мы можем — если не изменим своё разрушительное поведение — стереть с лица земли».
Есть и те, кто считает, что винить «Челюсти» в исчезновении акул — значит переоценивать влияние фильма. Пол Кокс из организации Shark Trust напоминает, что дело прежде всего в чудовищном перелове. Но трудно отрицать, что история Спилберга и Бенчли подлила масла в уже тлеющий страх и на десятилетия закрепила образ акулы как безжалостного убийцы.
Интерес к фильмам про акул-людоедов никуда не делся — достаточно вспомнить кассовые сборы «Мег: Монстр глубины». Но благодаря защитникам природы и постоянному развенчанию мифов есть надежда, что отношение к акулам наконец меняется.
