Об этом актёр рассказал в подкасте своих дочерей, а ранее касался темы и в недавнем документальном фильме Netflix «Слай Сталлоне».
Сталлоне признаёт, что «Рокки» — работа, которая одновременно определила и затмила его карьеру. В эпоху, когда он соперничал с Арнольдом Шварценеггером за звание главной звезды боевиков, Слай периодически стремился к серьёзным драматическим ролям — в отличие от Шварценеггера, который реже отходил от взрывов и фирменных однострочных реплик.
По словам актёра, в середине 90-х, примерно в 1995–1996 годах, он оказался в творческой яме и вместо очередного боевика согласился на низкооплачиваемую роль в драме Джеймса Мэнголда «Полицейские» на одной площадке с Робертом Де Ниро и Харви Кейтелем.
«У меня был по-настоящему тяжёлый период, скажем, около 1995-го, когда я снялся в “Полицейских”. 1995-й, 1996-й. И я сказал: “Окей, сделаю что-то совсем не моё, выйду из зоны комфорта”. Я это сделал и был очень доволен проектом, но на самом деле он сильно откатил меня назад».
Сталлоне вспоминает, что в студиях его выбор вызвал недоумение: зачем уходить в драму «за копейки», если можно снова снять блокбастер и получить огромный гонорар. Он уверял, что вскоре вернётся к привычным боевикам, но реакция руководителей была прохладной.
«Он говорит: ну это выставляет нас в невыгодном свете, потому что ты делаешь это бесплатно, и почему мы вообще должны тебе платить. Так началась очень плохая спираль примерно на восемь лет».
Парадокс в том, что «Полицейских» критики приняли тепло, а зрителям было любопытно увидеть Сталлоне в образе далёком от неуязвимого героя. Однако, по его ощущениям, в те годы «жёсткие» роли становились реже, а студии реже доверяли ему большие проекты. Спустя годы он вернул себе драматическое признание благодаря «Криду» Райана Куглера — за роль Рокки Бальбоа актёр получил «Золотой глобус» и номинацию на «Оскар».
К концу 90-х сама формула «Сталлоне–Шварценеггер» начинала сдавать позиции, и, как полагает Слай, «Полицейские», несмотря на успех у критиков, мог закрыть перед ним некоторые двери в больших боевиках. Позднее индустрия и наградные комитеты вспомнили, что Сталлоне способен на большее, чем просто «качать мышцы и кричать», и он это доказал.
