Скандал вокруг оплаты команды хоррора «Обсессия» вышел на новый уровень: после вирусного поста арт-директора Салли Чой с подробностями её гонорара режиссёр Карри Баркер ответил в интервью The Hollywood Reporter, объяснив контекст низкобюджетного производства.
На этой неделе Чой публично раскрыла свою ставку в соцсетях, у членов съёмочных групп такое случается нечасто. На фоне того, что «Обсессия» превратилась в почти $300‑миллионный мировой хит, её цифры мгновенно вызвали споры и обвинения в адрес создателей, а также призывы пересмотреть стандарты оплаты на «низкобюджетных» площадках.
«$300 в день как арт-директор. После налогов получилось $6741,36. Без компенсации за поездки».
Баркер, реагируя на нарастающую критику, подчеркнул вклад постановочной команды и отдельно похвалил работу Чой и её коллег.
«Я испытываю безграничное уважение к художественному отделу: их работа была выдающейся. Все на этом фильме пахали, и они заслуживают признания».
При этом режиссёр перешёл к экономике проекта: по его словам, «Обсессия» снималась за $750 000 — по голливудским меркам это мизер. И при такой модели «жёсткая математика» означает, что напрямую на финансовом успехе чаще всего зарабатывают те, кто принял на себя риск — инвесторы или те, кто обменял фиксированный гонорар на долю от прибыли.
«Единственные, кто напрямую выигрывает от финансового успеха такого проекта, — это те, кто взял на себя риск».
Баркер добавил, что надеется, что кассовый прорыв «Обсессии» поможет членам команды, включая Чой, получить более крупные и высокооплачиваемые предложения.
«Я надеюсь, что каждый, кто очень старался на этом фильме, получит возможности, которые подтолкнут их карьеры и принесут солидные деньги, как это сейчас происходит со мной».
Тем временем картина с бюджетом менее $1 млн уже собрала около $290 млн по миру и продолжает уверенно идти в прокате.
