Письмо вышло в рамках кампании «Письмо диабету», которую запустила компания Dexcom к Месяцу борьбы с диабетом и Всемирному дню борьбы с диабетом. Ник Джонас обращается к своей болезни напрямую, как к старому знакомому, с которым прожил бок о бок больше двух десятилетий. Диагноз «диабет первого типа» ему поставили в тринадцать лет, сейчас ему тридцать четыре.
«Здравствуй, старый друг. Сколько же мы не виделись? Двадцать один год. Двадцать один год, а ты совсем не изменился. Забавно, как часто мы с тобой разговариваем».
Певец и актёр не стал приукрашивать то, как выглядит жизнь с таким диагнозом изо дня в день. Постоянный контроль уровня глюкозы через телефон, подсчёт углеводов в каждом куске еды, настройка инсулиновой помпы перед каждым приёмом пищи — всё это складывается в сотни мелких решений каждую неделю.
«Каждые несколько минут, честно говоря, я смотрю в телефон, чтобы проверить уровень глюкозы. Тянусь к помпе, потому что собираюсь съесть что-то с семнадцатью граммами углеводов. И это лишь пара примеров из сотен маленьких решений, которые я принимаю каждую неделю».
В одном из самых сильных мест письма Джонас сравнивает непредсказуемые перепады самочувствия — дни, когда всё работает как надо, и дни, когда организм ведёт себя наперекор любым усилиям, со сложными отношениями внутри семьи: то поддерживающими, то выматывающими, но навсегда ставшими частью его жизни.
Главную причину, по которой он снова заговорил о болезни, музыкант объясняет прямо: это не попытка выговориться. Он хочет показать детям, которым диагноз поставили только что, в том числе напуганным, лежащим на больничных койках, что кто-то справляется со всем этим и при этом продолжает идти к своим мечтам.
Джонас вспоминает и о том, как в школьные годы часто чувствовал себя чужим, будто никто вокруг не живёт в той же реальности. Перелом наступил, когда он стал рассказывать о болезни открыто и познакомился с другими людьми с диабетом первого типа. По его словам, именно эти разговоры дали ему ощущение, что он не один.
В финале письма Джонас благодарит свою болезнь за уроки, которых никто не просит, но которые, как он считает, всё же многому его научили. Он обещает и дальше рассказывать свою историю — в надежде, что кому-то рядом станет чуть менее одиноко.
