Зак Снайдер не устает расхваливать «Экскалибур» (1981) Джона Бурмена — свою личную кинокартину номер один, которая задала тон жанру и тихо запустила череду карьер, включая Лиама Нисона. Фильм о короле Артуре превратил легенду в лихорадочный сон из мечей, грязи и крови и напрямую повлиял на визуальный язык самого Снайдера.
Это не сказка с хэппи-эндом: версия Бурмена бесстрашно уводит от мифа к ночному кошмару с инцестом, подставами и гниющими трупами в грязи. Картина и сегодня выглядит взрослее и жёстче большей части фэнтези. Снайдер называет её «невероятно пронзительной» и «идеальным миксом кино и мифа», и их перекличка с его собственными фильмами заметна повсюду, от выверенной «живописной» картинки до оперной жестокости боёв.
«Это невероятно пронзительное кино… идеальная встреча фильма и мифологии».
«Экскалибур» целиком снимали на натуре в ирландской глубинке. Из‑за зелёных светофильтров на камерах многие сцены кажутся снятыми в зачарованной версии Англии или вообще на другой планете. Как метко формулирует Cinephilia & Beyond:
«[У картины] Светящаяся, сновидческая природа — особенно каждый раз, когда в кадре появляется волшебный меч “Экскалибур”» (Cinephilia & Beyond).
При всей красоте крови тут ведра: изумрудные пейзажи контрастируют с предельно откровенными схватками. Итогом стала номинация на «Оскар» за операторскую работу и, пожалуй, высшая похвала от Снайдера.
«В фильме много классных параллелей, а свет помогает выстроить две реальности — жизни и смерти. Потрясающе, насколько всё это сюрреалистично. Это как стилизованная “другая Англия”, какой хочется видеть Средневековье. Будто действие вне конкретного времени, в каком‑то смысле на другой планете».
Музыкальные решения — не менее смелые. Хотя композитор Тревор Джонс написал оригинальный саундтрек, Бурмен в ключевые моменты поставил классику: Рихарда Вагнера и Карла Орфа. Когда Артур вытягивает меч из камня и собирает рыцарей, звучит «Похоронный марш Зигфрида» Вагнера — грубо, но предельно эффективно. А в финале, когда Артур ведёт израненных воинов против обезумевшего сына Мордреда, играет «O Fortuna» из «Кармины Бураны» Орфа.
Задолго до «Игры престолов» Бурмен сделал фэнтези «серьёзным». Снайдер отдельно отмечает, что фильм не подслащивает средневековую жестокость, что во многом близко к его подходу в «Хранителях». Тёмный пафос и высокая стилизация «Экскалибура» стали лекалом для «300 спартанцев» и «Бэтмена против Супермена: На заре справедливости» — вплоть до хрестоматийного трюка, где герой, насаженный на копьё, ползёт вперёд к врагу: Снайдер повторяет этот образ буквально.
«Это жестоко, потому что так оно и было».
Состав у фильма — отдельная история. Здесь сошлись уже известные актёры и будущие звёзды, для многих «Экскалибур» стал трамплином.
- Найджел Терри — Артур
- Никол Уильямсон — Мерлин
- Хелен Миррен — Моргана
- Киран Хайндс — одна из первых ролей
- Патрик Стюарт — ещё до «Звёздного пути»
- Гэбриел Бирн
- Лиам Нисон — сэр Гавейн
- Роберт Эдди — Мордред
Особенно выделяется Лиам Нисон — громкий, темпераментный Гавейн предвосхищает будущую экранную харизму актёра. Сам Нисон признавался, что почти не снимался до того, как его позвал Бурмен, и вспоминал наставничество режиссёра с теплотой.
«Джон [Бурмен] был замечательным наставником… Он подводил нас к камере и говорил: “Смотрите. Вот что я вижу…” Это был потрясающий опыт».
