HBO готовит новый сериал «Гарри Поттер» — по одному роману на сезон, с крупным бюджетом и полностью обновлённым актёрским составом с прицелом на премьеру в 2026 году. Но ещё до старта проект оброс красными флагами: от производственных рисков и споров о тоне до конфликтов вокруг кастинга и неизбежной тени, которую на него бросают различные высказывания Джоан Роулинг.
Главные роли исполнят юные актёры Доминик Маклафлин (Гарри), Аластер Стаут (Рон) и Арабелла Стэнтон (Гермиона). Маклафлину сейчас 12 (в сериале он играет 11-летнего), остальным — около 11. При этом выпускать по сезону в год, как в идеале хотелось бы, HBO вряд ли сможет: постпродакшн и графики заняты, даже с планами снимать первые два сезона подряд. Реалистичный темп — один сезон раз в два года. В итоге к седьмому сезону, примерно в 2038-м, исполнитель Гарри подберётся к 24 годам, играя 17-летнего — привет, эффект «Очень странных дел».
Первый тизер скептиков не успокоил. Визуально это более мрачная, потёртая версия вселенной без сказочной яркости «Философского камня». Да, книги и фильмы темнеют по мере взросления героев, но стартовать с такого «взрослого» вайба — риск отпугнуть семейную аудиторию, которая рассчитывает сначала на лёгкость и очарование, а не сразу на Пожирателей смерти.
Если тон не будет балансировать, он попросту утомит.
Ещё одна претензия — куда делась вся магия? В тизере едва ли не единственный эффектный трюк, когда Снегг светит палочкой. Возможно, зрелищные сцены берегут для трейлера или визуальные эффекты ещё в работе. Но «Хогвартс» в книгах и фильмах — это изобилие причуд: кричащая Распределяющая шляпа, драже Берти Ботт со вкусом чего угодно (включая рвоту), секретные ходы. Если сериал урежет это или уйдёт в «практическую магию» без аттракциона чудес, то зачем тогда вообще нужен перезапуск?
Есть и вопросы к таймингу. Оригинальная киносага завершилась в 2011-м — совсем недавняя история по меркам голливудских ребутов. Спектакль «Гарри Поттер и Проклятое дитя» идёт, парки развлечений полны, полки магазинов ломятся от шарфов по факультетам и волшебных палочек. «Фантастические твари» какое-то время держались на плаву, но в итоге сдулись. На этом фоне новый курс выглядит как попытка вернуться к гарантированному хиту.
Да, глубинным деталям романов наконец-то могут дать экранное время, но фоновое ощущение будто «снятия налички из банкомата» тоже никуда не девается.
С громкими именами сложнее. Из-за публичных заявлений Роулинг о различных меньшинствах многие известные актёры отказались от участия: Дэниэл Рэдклифф, Никола Кохлан («Бриджертоны»), Бовэнь Ян (шоу Saturday Night Live). Джаред Харрис (сын покойного Ричарда Харриса, первого Дамблдора) вежливо сказал «нет». Эндрю Гарфилд, несмотря на тёплые слова в адрес создателей оригинальных фильмов, тоже вряд ли присоединится. Творчески это потеря — представить ту же Кохлан, скажем, в образе Риты Скитер было бы любопытно. Но реальность такова, что многие роли достанутся тем, кого не смущают споры вокруг франшизы или кто просто рад большой работе.
Дизайн персонажей тоже обсуждают жарко. Хагрид в исполнении Ника Фроста уже получил порцию критики за вид «просто парня в костюме», а не полувеликанa. Самая бурная реакция была на кастинг Паапы Эссьеду в роли Северуса Снегга. Речь не о таланте номинанта на «Эмми», а о том, что часть аудитории не готова отпустить образ Алана Рикмана. В сети всплыла и откровенная ксенофобия — недовольство чёрным актёром на роль героя, описанного в книгах как «болезненно-бледный». Токсичный шум давно вышел за пределы привычного фанатского ворчания.
Сам Эссьеду уже столкнулся с реальной травлей и угрозами. В разговоре с The New York Times актёр рассказал, что ему присылают сообщения вроде:
«Увольняйся, иначе я тебя убью».
И при этом он не намерен отступать:
«Оскорбления только подстёгивают меня… потому что я вспоминаю, каким был ребёнком, представляющим себя в Хогвартсе. Мысль о том, что такой же ребёнок увидит в этом мире кого-то вроде себя, — вот что меня мотивирует».
HBO заявил, что усилил меры безопасности вокруг актёра. Вряд ли кто-то ожидал, что роль волшебника из детской классики потребует таких предосторожностей.
Сама Джоан Роулинг с 2017 года не сворачивает с курса — её соцсети регулярно становятся площадкой для заявлений против меньшинств. Писательница запустила и собственный «женский» фонд, фокусирующийся на «правах, основанных на поле», и явно не собирается уходить в тень.
Есть и более жёсткая позиция: влияние Роулинг на реальную повестку слишком велико, чтобы его игнорировать. Она жертвует организациям, выступающим против прав меньшинств, позволяла себе насмешки в их адрес. И хотя HBO подчёркивает, что компания «разнообразна и инклюзивна», оторвать новый сериал от публичной кампании автора кажется невозможным.
В итоге каждый поклонник «Гарри Поттера» сталкивается с тем же вопросом: можно ли отделить историю, которую ты полюбил в детстве, от человека, который на ней зарабатывает? И стоит ли поддерживать труд новых актёров, режиссёров и художников или отказ от просмотра станет необходимой позицией, даже если она заденет многих невиновных и талантливых участников проекта? Решение остаётся за зрителем, и у каждого на него есть свои веские причины.
