Внимание: далее спойлеры к фильму «Крик 7».
Фильм мощно стартовал в прокате — $96 млн по миру за первый уикенд, и вдогонку выяснилось, что создатели едва не перевернули финал сценой после титров, где подтверждалось: Стю Махер жив. Этот вариант был снят, но так и не попал в релизную версию фильма.
Кевин Уильямсон, архитектор франшизы и режиссер «Крика 7», рассказал, что команда записала «стингер», который делал возвращение Стю каноном. После тестовых показов решили оставить официальную позицию серии: Стю мертв — и в прокат вышла именно эта версия. По словам Уильямсона, фильм изначально был выстроен так, чтобы балансировать на этой линии и держать двери открытыми на площадке.
«Соврал бы, если бы сказал, что мы не сняли это в двух вариантах. Мы сделали маленькую отсылку в конце и держали ее про запас. Но, как ни странно, решение оказалось таким: аудитория хочет, чтобы он оставался мертв».
Уильямсон также отметил, что «рывок» сюжета в сторону новых технологий — заслуга соавтора сценария Гая Бусика. Его первая реакция на текст была примерно такой: как это вообще должно работать и как вернуть Стю так, чтобы это было заслуженно? В итоге вариант «Стю мертв» показался чище и не тянул одеяло на себя.
При этом «Крик 7» активно играет с ожиданиями, вводя ИИ и дипфейки — для серии это новое поле. Наиболее заметный ход — призрачное возвращение Стю в исполнении Мэттью Лилларда: ровно настолько, чтобы заподозрить его в новых убийствах. Но это ложный след. Тем же цифровым трюком в кадре мелькает и Дэвид Аркетт — камео, о котором многие догадывались заранее.
Такой подход бьет прямо в центр одной из спорных тем фильма — мотивов убийц и одержимости воскрешением прошлого (порой буквально), чтобы манипулировать настоящим.
Коммерчески проект чувствует себя уверенно: $96 млн по миру за дебютные выходные. История вновь фокусируется на героине Нив Кэмпбелл, которая сталкивается с новой серией убийств, а под прицелом Призрачного лица оказывается ее дочь. Франшиза сильнее всего работает, когда смотрит в собственное зеркало — в этот раз его роль исполняет ИИ.
Имя Мэттью Лилларда в последнее время вновь на слуху — в том числе благодаря свежим упоминаниям со стороны Квентина Тарантино. Уильямсон же не скрывает, насколько высоко его ценит:
«Он самый спокойный, добрый, скромный и чудесный человек, какого вы только встречали. А потом — щелчок — и он превращается на экране в самую импульсивную оголенную проводку… У него есть история, фактура… Он очень нужен. Нам нужно больше фильмов с ним».
